"Нет! - кричал он. - Остановите! Назад! Так нельзя! Я не хочу! Верните мне..."

Свет меркнул, и вместе с этим наваливалась невероятная, тупая, с тошнотой и смертельным жаром боль, боль, которую невозможно представить себе живому человеку, каким бы воображением он ни обладал.

"Ад, - подумал он, и это была последняя мысль, которую выдал уже необратимо разрушенный мозг. - Вот он, ад... А я-то думал..."

Убийца посмотрел на дернувшееся, а потом замершее в кресле тело, подошел к окну и стволом пистолета слегка отодвинул в сторону грязную занавеску.

Впервые за последний месяц в небе не было ни облачка. Окна квартиры выходили на запад, и убийца видел, как сверкают на крышах соседних домов яркие полосы солнечного света.

В одном из желтых квадратов, помахивая толстым пушистым хвостом, расположился жирный серый кот. Заметив в окне человека, он несколько раз лениво ударил хвостом по крыше, медленно повернул тяжелую голову и, щурясь от удовольствия, посмотрел на убийцу. Потом кот широко зевнул и отвернулся, потеряв к непрошенному наблюдателю всякий интерес.

* БЕЗ ДОГОВОРА НЕТ РАЗГОВОРА (Аванс. первая выплата) *

1

- Как это - ничего не сделано?

Борис Дмитриевич Гольцман поднял глаза от разложенных на столе бумаг.

- Что значит - ничего не сделано? А когда будет сделано?

- Он сказал, Борис Дмитриевич, что не будет этим заниматься.

- То есть?

- Сказал, что сделает другой альбом. Что эта тема ему уже неинтересна, у него есть новые идеи и то, что он выдаст, будет круче...

- Мне не надо круче, - медленно выдавил Гольцман. - Не надо круче. Надо то, что он обещал. То, что его просили сделать. Вот это и надо. А круче пускай он для себя делает. И сам продает. Какой аванс ему заплатили?

- Пять тысяч.

- Ничего себе... По нынешним временам... И он, значит, ничего не сделал?