– Ну что, Михалыч, тушенка не сходится. Куда-то подевались две коробки… А то и три… – сказал Филипп Третьяков кладовщику, тучному мужику в годах, с усами подковой. – Признавайся, на закуску извел?

– Да как можно, Филя?.. – развел руками кладовщик («Филя» было сказано с умыслом – и чтобы градус официальности сбить, и чтобы напомнить, что тушенку, если и извел Михалыч, так не на себя же одного – Филипп это отлично понимал). – Ты же меня знаешь, сколько работаю – а недостача первый раз.

Михалыч лукавил – недостача у него была всегда, по мелочи, но была. И всегда выходило, что недостающий товар потом откуда-то выплывал – может, Михалыч по своей армейской привычке (он в армии был старшиной), как белка, прятал продукты в разные места, забывал, а потом находил, а то ли просто, раз уж попался, покупал для возмещения ущерба продукты на стороне.

Оба они работали в фирме, продававшей оптом продукты питания – растворимый кофе в банках, тушенку, разные консервы, макароны и еще много чего. Фирма располагалась за задворках города и состояла из небольшого «офиса» и огромных складов. В складах и летом было прохладно, а сейчас к тому же была зима. Филипп, хоть и набросил, идя на склад, свой желтый пуховик, но чувствовал, что озяб, торопился закончить проверку – на долгое воспитание Михалыча не было ни времени, ни желания.

– Два дня тебе на то, чтобы все пересчитать и найти пропавшее! – со значением, надавив на слова «найти» и «пропавшее», сказал Филипп.