- Ну-ну, хватит, пшла, пшла! Пусти меня. На вот на тебе еще, возьми и пойди побегай!

Он покопался в карманах вязаного жакета, что кобыла мгновенно поняла. Она убрала башку, схватила губами с ладони хозяина еще один кусочек сахара и снова попыталась прижаться к своему повелителю, но тот успел отойти подальше от ограды, и ей уже было не дотянуться. С явным неудовольствием она заржала и величавым шагом направилась в дальний конец луга. С горечью и возмущением Зигмусь подумал, что из-за такого веса и брюха, которые пристали скорее хрюшке, чем лошади, ей и бегать-то не хочется. Нет, он отнесется к этому идиоту без всякой пощады, обжулит его на Мармильоне с чистой совестью! Такой придурок запросто изуродовал бы Флоренцию так же, как изуродовал Флору!

- Ну, я даже не знаю, - неуверенно и озабоченно промямлил этот идиот. - Вообще-то говоря, она довольно дорого стоит...

- Так сколько же? - нажал Зигмусь.

- Откуда мне знать... Я ведь, по правде говоря, о продаже как-то и не думал...

Зигмусь с трудом удержался, чтобы не высказать ему все, что он думает по этому поводу.

- Так сколько же?

- Ну, а сколько эта дама может предложить?

Зигмусь умолк, молниеносно рассчитывая время. Завтра утром он должен быть на работе. До панны Моники ему час пешком, а на машине пять минут. Он уже протрезвел, подъедет на машине и поймает ее. Обсудит с ней этот вопрос и вернется. Сделку надо бы довести до конца сегодня же, потому что потом может быть поздно, такой болван способен изменить свое решение и натворить еще кучу всяких глупостей. Ждать до перерыва в сезоне... Речи быть не может, исключено, это было бы преступлением!

- Ладно, - решил он. - Я прямо сейчас к ней заскочу и вернусь. Где мне вас найти, скажем так, через полчасика? Вы здесь будете или дома?

- Я могу и тут подождать.