— Синий ведущий. Воздушный спасательный патруль оповещен.

— Приготовься, Лэрри.

Главная приборная панель погасла. Основная электросистема отказала. Возможно, он уже перелетел демилитаризованную зону. Ручка управления застыла в руках. Огонь проникал внутрь, через фюзеляж. Был ли под ним Южный Вьетнам? Если так, то шанс оставался. Он не узнавал очертаний гор. Скорость падала. Миля за шесть секунд. Внизу, мелькая, проносилась земля.

— Синий ведущий, синий ведущий, твое крыло отваливается, катапультируйся.

Он чувствовал, что дело с самолетом дрянь. Держись! Давай еще немного! На юг, за пределы демилитаризованной зоны! Каждые шесть секунд… теряли скорость, не кружись, только не закружись, он начал отсчитывать — один, два, три, четыре… нужно пригнуть голову во время катапультирования (несовершенство конструкции), рослым пилотам иногда отрезает голову… восемь… не долбануться бы обо что-нибудь при приземлении, можно запросто сломать руки… девять…

— Чарли, какого рожна…

Он отстрелил фонарь кабины. И затем катапультировался на скорости четырехсот узлов в час, сердце провалилось куда-то, плечи распластались по спинке кресла, трахею сдавило, воздух обжигал открытую кожу на запястьях и шее, крутил и переворачивал его. Рев, потом тишина. Сердце не поспевало за бешено вращающимся телом, казалось, что его кишки во рту. Оно продолжало нестись со скоростью сто узлов в час. Наконец кресло отстегнулось. С тихим шелестом раскрылся парашют, стропы натянулись, обхватив грудную клетку и бедра. Судорожными глотками он ловил разреженный воздух, чувствуя, что сердце начинает успокаиваться. О'кей. О'кей. На расстоянии мили он увидел свой «Фантом», который стремительно несся к земле, крутясь веретеном и оставляя за собой длинный шлейф дыма. Осмотрелся, ища напарника, с которым они катапультировались одновременно. Где же купол его парашюта? Ну же! Взглянув вниз, он увидел человеческую фигуру в шлеме. Пристегнутая к креслу, она камнем падала вниз. Парашют Лэрри не раскрылся. Боже!