«Замерз, бедный», – подумал Мамедов и подошел поближе.

– Эй, – он потрогал парня за плечо и тут ему все стало ясно.

От парня разило перегаром, а за его головой валялась порожняя бутылка «Джонни Уолкера». «Неугомонный», как назвала парня вахтерша, похоже валялся здесь со вчерашнего дня, а может, с ночи. «Неужели в одного вылакал? – Мамедов толкнул бутылку носком ботинка, – здесь ведь больше пол-литра!» Алискер пил редко, но мог себе представить состояние парня. «Если его не похмелить – разговора не получится».

Он вышел из студи, прикрыв за собой дверь, и спустился вниз.

– Что, нету Женьки? – окликнула его вахтерша.

– Да там он, работает, – ответил Мамедов, – я сейчас, только куплю чего-нибудь перекусить.

Ближайший магазин был в нескольких кварталах, и Мамедову пришлось снова садиться за руль «Нивы». Купив «лекарство» и кусок краковской колбасы, через пятнадцать минут он уже снова входил в Дом офицеров. Предусмотрительно спрятав чекушку в нагрудный карман, с колбасой в руке, он миновал вахтершу и поднялся наверх. Нашел стакан на столике в углу, отвинтил пробку и плеснул в него граммов сто пятьдесят.

– Евгений, – потряс он «больного» за плечо, – подъем.

– А-а-а, – протянул тот, не открывая глаз.

– Вставай, тебе говорят.

– О-о-о, – Женька на секунду перестал дрожать и схватился за голову.

– Евгений, – он снова потряс его, – доктор приехал, вставай.

– Ну-у-у, – сделав неимоверное усилие, Женька сел на своем ложе, обхватив колени руками, но глаза его под длинной модельной челкой оставались закрытыми.

– Кончай мычать, сейчас лечиться будем.