– Во-во, милай, совсем безголовые, – согласилась старушка, – а вы что же, Олины приятели?

– Приятели, – Мамедов достал из кармана визитную карточку и вложил в старческую руку, – у меня к вам будет просьба: передайте это Оле. Попросите ее позвонить, скажите – это очень важно!

– Передам, милок, че ж не передать, – старушка снова потрепала кошек по загривкам, – как только ее увижу, так сразу и передам.

– Спасибо вам, бабушка, вас как звать-то?

– Бабой Верой меня здесь кличут, люди хорошие и за хлебом и за молоком мне ходят, и животным моим рыбки приносят.

Она, похоже, еще долго могла бы рассказывать о своей жизни и о помощи сердобольных соседей, но Алискер с Женькой попрощались с ней и пошли к машине.

Женька попросил отвезти его домой.

– Поехали, – сказал Алискер и нажал на педаль акселератора.

* * *

На обратном пути Алискер заскочил в «Сигму-А», поинтересовался, не приняли ли они решения по поводу установки дверей и сигнализации.

– Пока думаем, – заместитель директора, плотный усатый мужчина с плешью вяло покуривал, сидя за огромным столом.

– Если возникнут какие-то сомнения, сразу звоните, – Алискер даже не присел, – с прошедшими вас.

– Ага, – ответил зам, встал и, подойдя к холодильнику, достал две бутылки пива, – не хочешь?

– Благодарю, я за рулем. Ну так до встречи? – попрощался он.

Когда он поъехал к офису «Кайзера», часы на приборном щитке его «Нивы» показывали половину четвертого. В конторе было тихо и прохладно как на осеннем кладбище.

– Привет, Алискер, – Антонов-старший вышел из дежурки.

– Здорово, Шурик, – Мамедов пожал протянутую ему руку, – ты сегодня дежуришь?

– Да, сегодня с Маркеловым.

– Как у Валандры настроение?

– С утра к ней патрон заходил, а после его посещений, сам понимаешь, какое может быть настроение.