Малко смотрел, как покачиваются на ходу ее бедра. Если Тулла занималась любовью с такой же страстью, как войной, ею, безусловно, стоило заняться. Любопытный экземпляр.

Однако путешествие в Ирландию он совершил не для того, чтобы убедить ее образумиться, а чтобы пролить свет на тайну исчезновения Билла Линча.

Малко издали увидел красное пятно телефонной будки и обернулся к Тулле.

– Мне нужно позвонить.

Девушка звонко рассмеялась. Если не считать нескольких ожогов на лице, опаленных волос и повязки на правой руке, взрыв не оставил на ней следов.

– Вы шутите? Взгляните!

Малко сбавил ход. Маленькая красная будка стояла без телефона, без стекол, без двери...

– В Белфасте они почти все разбиты, – пояснила Тулла. – «Проды» пожгли все на нашей стороне, а мы у них все взорвали. Вам надо ехать в гостиницу «Европа». Там в холле есть кабины.

Малко набрал скорость и поехал дальше по Фоллс-роуд, главной магистрали католического района. Ему казалось, что он попал в город, подвергшийся воздушному налету. Во всех домах вместо выбитых стекол вставлены куски картона или доски. От некоторых домов остались одни фасады с заложенными кирпичом амбразурами окон, от других не осталось вообще ничего, и на их месте были устроены автостоянки. Тротуары кишели плохо одетым шумным людом. У обочины впереди них остановилось такси, и оттуда вывалились семь пассажиров. За три пенса можно было поехать в любое место города, только не в протестантский район. Даже заикнуться нельзя было о том, чтобы вас отвезли с Фоллс-роуд на Шенкрилл-роуд, хотя одна отстояла от другой на каких-нибудь полкилометра...

На углу Фоллс-роуд и Паунд-стрит военные перекрыли движение. У стены разрушенного дома присели на корточки солдаты, вооруженные десантными карабинами. У них проверили документы, подняли крышку багажника. Без единой улыбки. Все дышало войной и страхом. Нежная Тулла проговорила, злорадно усмехаясь в лицо солдату: