Элис плохо поняла выражение «сливать туфту», но четко уяснила, что она «тупая». Ей это крайне не понравилось, и она даже решила не соблазнять Ястребова, раз он такой хам. И вообще настроение у нее испортилось. И в этот момент она натолкнулась на мужчину, у которого, похоже, настроение было не лучше.

Во всяком случае, его кислая физиономия очень красноречиво выражала скуку и изнурение от жары.

Элис сочувственно улыбнулась ему.

— Жарко, да? — задал он вопрос, который только и мог задать человек в такой ситуации.

— Да… А вы бизнесмен? — спросила она.

— К сожалению или к счастью, да, — манерно ответил мужчина. — Кстати, меня зовут Евгений.

— А меня — Элис, — с едва заметным акцентом произнесла Симпсон.

— Я видел вас на трибуне. Очень содержательное выступление, — соврал Котов.

— Спасибо.

— Вы сегодня будете в пансионате?

«И этот туда же!» — пронеслось в голове у Элис, которая явно преувеличивала в данном случае свою женскую привлекательность.

— Да, конечно, — тем не менее широко улыбнулась она.

— Очень хорошо, о'кей, — сказал Котов. — Глэд ту си ю, — решил он напоследок блеснуть эрудицией в английском.

Виталий Романович Парамонов не менее остальных, а может быть, и более, скучал на этой конференции, на которой был вынужден торчать из-за своих служебных обязанностей. А денек был самый что ни на есть волжский. Суббота, жара — в самый раз на дачу, а может быть, и на острова. Несмотря на свое достаточно высокое положение, чиновник Парамонов любил так называемый дикий отдых на Волге — рыбалка, водочка, шашлычок.

С американкой он стал заигрывать просто от нечего делать. Он понимал, что никаких серьезных решений на этой конференции принято не будет, просто некоторые люди, получившие американский грант, усиленно его отрабатывают. А другие пытаются заполучить, чтобы тоже ничего не делать. А денежки были спущены из Штатов в регион немалые — об этом Парамонов знает лучше остальных. Самому Парамонову от всего этого ничего не перепало, и это обстоятельство еще больше удручало его. «Торчи тут вместе со всеми этими надоевшими рожами!» — раздраженно думал он про местных предпринимателей.