Кросс поднял голову и посмотрел на Либрая через пальцы.

- Хорошо. Когда решите, что делать, сообщите обязательно мне. О'кей?

- Чем вы занимались после того, как ушли из военно-морских сил, мистер Кросс?

- Учился на заочных курсах, чтобы стать дегустатором на винокуренном заводе.

Либрай засмеялся.

- Я имею в виду, чем вы зарабатывали себе на жизнь?

- Играл на пианино у Риты в "Комнате ночных грез" на Элстоне. Вы видели меня там?

- Нет. Когда вы в последний раз работали?

- Пару недель назад. Рита умерла, а ее муж взял маленький эстрадный ансамбль.

- Вы получали пособие по безработице?

- Нет, - коротко ответил Кросс.

Либрай мысленно вздрогнул.

- Что вы делали в супермаркете в тот вечер?

- То же самое, что и пожилая черная леди и тот парень в спортивном костюме - делал покупки.

Он опять закрыл лицо руками, но тут же вновь поднял глаза.

- Сигарета есть?

- Я курю сигары.

Либрай выглянул в коридор и заметил полицейскую Мэри Герш.

- Мэри, быстренько найдите несколько сигарет для этого парня, хорошо?

- Каких сигарет, сержант? - спросила она.

- Секундочку, - он повернулся к Кроссу.

- "Пэлл-Мэлл", а если их нет, то "Кэмел".

Либрай повторил слова Кросса, и Мэри, улыбнувшись, исчезла в глубине коридора.

Этот незначительный эпизод явился для Либрая своего рода психологическим экспериментом. Он еще сохранял способность делать выбор и отдавать чему-то предпочтение. А это значило, что у него есть собственное "я". Либрай вновь вернулся в камеру.

- Ну и у вас есть какие-нибудь соображения, как мы поступим с вами дальше?

- Отпустите меня?

- Отличная мысль. А как насчет завтрака? По времени уже пора.

- Я не уверен, что вы принесли мне пиво и кукурузные хлопья из супермаркета.

- Конечно, нет. А как насчет чашечки кофе?