– Давай, давай! – кричал он, размахивая руками.

Не глядя на него, даже не зная, что за слова он произносит, Грейс снова ухватилась за веревку. Отчаянное выражение появилось у нее на лице. Носилки сдвинулись на дюйм и снова остановились. Она впряглась в веревку и, шатаясь из стороны в сторону от напряжения, потащила их к лесу. Эллис ругался жуткими словами, но она не смотрела на него. Сейчас он для нее не существовал. Цель – лес, и все!

Эллис оглянулся. Она добилась значительного успеха. Канавы больше видно не было. Крыша клуба исчезла за склоном.

Грейс внезапно упала. Она лежала, тяжело дыша, и ее побледневшее лицо блестело от пота. Вскоре она села и поправила свои спутанные волосы.

– Я сделаю это, – сказала она, пытаясь отдышаться. – Это не страшно. Я отдохну и снова потащу.

Несмотря на то что Грейс ужасно устала, она улыбалась ему. Сейчас она казалась очень хорошенькой, и это изменение в ней раздражало Эллиса.

– Вы тяжелый, – шутливо сказала она.

– А ты зато легкая, – огрызнулся Эллис. – У тебя нет никакой силы воли.

Но она уже отвернулась, и его язвительность пропала даром. Она открыла чемодан, не глядя на Эллиса.

– Вы, должно быть, голодны, – сказала она и постелила ему на колени салфетку. Затем достала сандвич. – Хлеб немного черствый, но мы его съедим…

Не глядя на нее, он выхватил сандвич и впился в него крепкими зубами. Но хлеб тяжелым комом заполнил рот, а желудок по-прежнему просил пищи. Эллис кинул сандвич на траву и лег, злой и напуганный. Он уже наверняка знал, что болен, и пристально смотрел на Грейс, чтобы узнать, увидела ли она это.