— Володя, я не понял тебя! — Дежурный растерянно взмахнул руками и плюхнулся на стул рядом с оцепеневшим помощником. — Как прикажешь все это понимать?! Мятеж?!

— Успокойся, старик, — покачал головой Безукладников. — Утром все узнаешь и сам убедишься, что я сделал все правильно и ты на моем месте поступил бы таким же образом.

— Тогда объясни прямо сейчас, черт тебя подери, зачем ты... — Ветеран МВД задохнулся от волнения и снова всплеснул руками: — Я же дежурный, мать твою!..

— Полковник Кирилленко задержан лично мною по подозрению в коррупции, мошенничестве и злоупотреблении служебным положением. Его действия стали причиной гибели нескольких человек, — произнес Безукладников. — Теперь, надеюсь, понял?

— А санкция прокурора у тебя имеется? — уже заранее зная ответ, осторожно поинтересовался Павлюченко. Он нервно закурил, косясь на майора, рядом с которым осталось только двое бойцов. Двое других уже потащили полковника на «минус первый этаж», где размещались камеры для задержанных.

— Санкции нет, — честно ответил Безукладников, и вдруг на его суровом лице появилась улыбка: — Ты же сам прекрасно понимаешь, что если бы я захотел получить ее заранее, то первым об этом узнал бы сам полковник. Разве не так?

Дежурный достал носовой платок, снял фуражку и вытер блестевшую от пота лысину.

— Надеюсь, у тебя действительно есть убойные доказательства его вины, Володя. Иначе... Ну и что ты думаешь сейчас делать?

— Все уже делается. Двое ребят сейчас начнут звонить во все питерские телеканалы и газеты и пригласят их принять участие в пресс-конференции, которая состоится... — Майор взглянул на электронные часы на стене. — Состоится через шесть часов.

— Чья пресс-конференция?!

— Моя. Самой последней о ней узнает прокуратура. — Безукладников помолчал и как бы между прочим добавил: — Я надеюсь, ты правильно меня поймешь: я все-таки оставлю рядом с тобой Олега. Мало ли что может случиться. Не хочется рисковать!