Приехав вчера домой, Андрей выпил полбутылки коньяку и уснул в кресле. В пять утра проснулся с колотящимся сердцем, пересохшим горлом и ощущением паники, махнул одну за одной несколько рюмок, с отвращением скинул на пол пропахшую рвотой одежду, рухнул на диван и провалился в сон.

Сейчас он опять ощущал, что сердце гулко стучит о ребра, все тело липкое от горячего пота, голова чугунная, а во рту горечь и металлический привкус.

- А-а, ты вчера ещё пил! - торжествующе вскричала Вика, углядев на столе пустую бутылку. - Целых поллитра вылакал! Неужели мало нализался до этого?! Ты что - бездонная бочка?

"Хоть бы она замолчала..." - думал Андрей, страдальчески морщась от пульсирующей боли в затылке.

- Когда это наконец кончится? - как обычно, начала заводиться жена, и её голос приобрел знакомые визгливые интонации. - Неужели ты не понимаешь, что спиваешься? Погляди на себя - ты же законченный алкоголик! Смотреть на тебя противно, а жить с тобой - ещё противнее.

От мысли, что сейчас она опять затеет многочасовой скандал, у него ещё сильнее разболелась голова.

- Не ори, - еле ворочая сухим языком, хрипло проговорил он. - У меня от твоего визга ещё сильнее болит голова.

- Ах, голова болит! - издевательски передразнила супруга. - Еще бы! Напился вчера, как скотина, опозорил меня перед гостями, а теперь я должна тебя жалеть! И не подумаю! Если хочешь знать, после того, как ты сбежал, я вслед пожелала, чтобы ты разбился всмятку! Туда тебе и дорога, алкоголик несчастный!

Андрей сел, помотал тяжелой головой, ощущая, что перед глазами все плывет, потом с трудом встал. Жена тут же заступила ему дорогу и прошипела:

- Нет, тебе не удастся опять сбежать, не надейся. Я...

- Отойди, - попросил он.

- Не отойду! - взвизгнула она. - Я знаю, что сейчас ты опять налакаешься, скотина!

Не обращая на неё внимания, Андрей прошел к бару, достал непочатую бутылку коньяку, свинтил пробку и налил полный фужер.