– И вообще мне и у тебя неплохо. Не хочу я ни за какой замуж, – гундела Аллочка, торопливо косолапя за сестрой.

– Пойдешь. Завтра же к тебе жениха приведу. У него чудная преданная фамилия – Псов!

На следующее утро Гутиэра встала вместе с молодыми – в семь и, пока они уничтожали завтрак, провела пятиминутку:

– Значит так, сегодня к Аллочке придет жених…

– Не верю, – буркнул Фома.

– Жуй, не отвлекайся, – одернула мужа Варька и тут же засюсюкала: – А кто-нибудь догадался покормить нашего котика? Матвей, Матюша, тебе мяска бросить?

– Лучше мне брось, – снова отвлекся Фомка. – Уже надоела овсянка, скоро как конь заржу.

– Внимание! – рявкнула Гутиэра. – У нас серьезный вопрос. Так вот, придет жених, поэтому нам надо где-то задержаться, чтобы они могли познакомиться, так сказать, поближе, без посторонних глаз.

– Вот черт! А я как раз хотел пораньше прийти, день у меня сегодня не загружен, – отложил вилку зять.

Варька тоже была совсем не рада. В кои-то веки с Фомкой можно вместе поваляться на диване, а тут – будьте любезны, надо создать идиллию для Аллочки!

– Фомочка, а мы можем съездить в ресторанчик, – ласково пропела теща. Но у Фомочки от ее предложения что-то переклинило в горле.

– Ни фига себе! В ресторанчик! Да у нас денег…

– Нет, ну если тебе жалко денег для твоих дам, то мы, конечно…

– Ничего не жалко! Едем! Где встречаемся? – Фома был верен себе.

Ровно в семь должен был прийти Псов, поэтому уже в половине шестого Гутя маячила возле дверей заштатной забегаловки, которая звучно именовалась рестораном «Волшебный сон». На дворе стояла середина ноября. Темнело рано, и, хотя зима в этом году еще не наступила, холод продирал до костей. Хорошо еще, что Фома с Варварой не заставили себя долго ждать.