Следуя принципу «что бы он ни натворил, он мой соотечественник», Мередит отконвоировала юнца в кафетерий. Она хотела напоследок накормить его завтраком, надеясь, что на время еды он прекратит сквернословить. Но в кафе их неожиданно обступили родственники избитого парня, которые, как оказалось, следили за ними от самой больницы. Мередит вначале очень испугалась, особенно после того, как ее подзащитный, воодушевленный привычной обстановкой, тут же схватил оставленную кем-то пустую пивную бутылку. Мередит пережила несколько неприятных минут. Она вынуждена была сдерживать, с одной стороны, двух рослых мускулистых шахтеров, а с другой — очень довольного жизнью британского подданного, который бодро размахивал бутылкой.

Пришлось проявить изрядные проворство и сообразительность. Она храбро обратилась к обиженным местным жителям, благодаря свою счастливую звезду за то, что худо-бедно умеет объясниться по-сербскохорватски и рост у нее не очень маленький — метр семьдесят три. По крайней мере, ее не затопчут в драке! Она поспешно рассовала в мощные лапищи шахтеров английские сигареты, которые носила с собой на такой вот крайний случай, отняла у мальчишки бутылку, от всей души высказала ему все, что о нем думает, и, хотя британский подданный активно возражал против своего спасения, затолкала его в зал вылета. Очутившись в безопасности, за стеклянной перегородкой, парень начал выразительно жестикулировать, показывая шахтерам, что бы он с ними сделал, если бы ему не помешали. На прощание он неуклюже обнял Мередит, сообщил ей, что она «классная тетка», и затопал к будке паспортного контроля. Остальные пассажиры старались держаться подальше от молодого дебошира, и вскоре вокруг него образовалась ощутимая «санитарная зона». Мередит искренне порадовалась, что хулигана больше не пустят в Хорватию. Вернувшись в главный зал, она увидела, что шахтеры дожидаются ее.