Именно на входе в соседний зал пара распалась. Правый вдоль спин усаженных на концертные стулья зрителей прошагал в угол, где и подпер стену. Левый с видом имеющего на это право авторитетного гражданина по краю взошел на подиум и задвинулся за левую кулису. Он только на секунду угодил в край овальной серебристой лужи софитного света, остальной зал и зрители шушукались в темноте. Его рожу никто не рассмотрел, на него почти не обратили внимание, потому как зрители обсуждали шмотки на вихляво разгуливающих по подиуму стройненьких мальчишечках.
Узкие в бедрах и расклешенные от колена оранжевые брючки, двубортный очень узкий в плечах темно-синий костюмчик в тонкую белую полоску, джинсики серого денима. И, тьфу, какая погань, шерты-трусики! Лиловая приталенная футболочка с пляшущими по пузу человечками, белоснежная расстегнутая до матни сорочка с широкими манжетами и воротником, а под ней такая срань, что мать его – вытатуированные листочки, цветочки и ягодки. И это на торсе здорового двадцатилетнего типа Алена Делона!
Засевшему за кулису битюгу не подфартило и с тылу. Там его презрительно обфыркали переодевающиеся в душной тесноте полуголые девицы. Каждой он в пупок дышал по росту, каждую задушил бы со смаком собственными мослами, не будь у него делов поважнее.
– Какой невежливый мужчинка, – в никуда аукнула одна блондинка, без смущения освобождая от приплясывающих сисек люминисцентный бюсгальтер.
– Надо позвать охрану, – вяло поддакнула вторая блондинка, так и сяк прилаживая парик.
– Мои галифе никто не видел? – втискивалась в теснейшую майку третья блондинка.
– Спроси у этого дядьки, может, он – фетишист? – разделалась с париком вторая и принялась попадать длинной, будто ствол снайперской винтовки, ножкой во что-то ажурное и прозрачное вроде неглиже.
От манекенщиц одуряюще перло кислыми духами. Где-то рядом колонка сюрчала в зал такой же кислой музычкой. Битюг прел в кашемировом пальто, и казалось, совершенно не слышал покалывающих спину девичьих оскорбушек. Также он не спешил вытаскивать из кармана черно-белую листовку «Голосуйте за...» с портретом, он уже вызубрил застигнутую там личность назубок.