- Не знаю...Ее действительно убили, Брюль?

- Я сам не знаю, - он медленно поставил бокал на каминную полку.

- И что нам делать?

- Ждать.

- Ты думаешь?

- Возможно, ничего не обнаружат. И заключение экспертам сделать не так просто. Прошло довольно много времени. Нам нужно жить, как жили прежде.

- Энди считает, что её убили.

- Знаю.

- Ты тоже так думаешь?

- Говорю же, не знаю. Когда Кристел умерла, я думал о самоубийстве, но потом прогнал эту мысль. Ты же помнишь, как неожиданно все случилось?

- Но кто же мог её убить?

- Не знаю и вообще пока я в это не верю. Вряд ли полиция сумеет то-то доказать.

- А кто же автор писем? Ведь он знает правду и хочет, чтобы она стала известна всем.

- Да нет, скорее он пытается нам навредить. Я сделаю все, чтобы его найти.

Лицо его стало мрачным и замкнутым. Рут вспомнила, как обмирали сестры, когда на лице Брюля появлялось подобное выражение, но продолжала:

- Так что же нам делать?

- Ничего. Пока ничего. - И явно собираясь сменить тему, он спросил: Ты была в опере?

- Совсем недолго. Когда мне Энди рассказал, я не могла там оставаться. Там я видела Элис. Потом мы ушли, зашли с Энди в аптеку. Потом я видела, как Элис садилась в машину...

- Ладно, Рут, пора спать...

- Но...

Он явно недоволен был её несговорчивостью.

- Мне Энди говорил, что ты воспользуешься своими связями...

- Сделаю все, что смогу. Завтра посоветуюсь с Гаем. Не переживай. Я сделаю все, чтобы оградить тебя от полиции. У них нет никаких доказательств.

- Но если её в самом деле убили? Тогда придется им сказать...

- Зачем?

- Им нужно знать правду.

- Пусть Кристел умерла, но мы-то живы. Зачем губить себя? Ты не знаешь, что такое расследование убийства. Пошли спать, милая.

Ласково погладив её щеку, он добавил:

- Ты ещё так молода...Сколько тебе лет, Рут? Двадцать пять?