С дядей Ричардом мы встретились в Лондоне, куда он специально приехал из своего поместья, где проживает круглогодично. Дядя Ричард обожает лошадей, у него великолепная конюшня, и его животные участвуют во всех скачках, проводимых в Англии. У нас этот вид спорта очень популярен, правда, я не прониклась к нему душой, как многие мои знакомые.

После обмена любезностями дядя Ричард перешел к делу. Мне всегда нравилась в нем эта черта – никогда не ходит вокруг да около и сразу же говорит, что ему нужно.

На этот раз требовались деньги.

Я удивилась. Знала, что дядино финансовое положение всегда было стабильным и он не бедствовал никогда в жизни. Иначе не мог бы держать такое количество лошадей.

– Ты хочешь, чтобы я дала тебе в долг? – спросила я у Ричарда. – Скажи сколько.

У меня есть деньги – и заработанные лично, и оставленные в наследство мамой.

– Спасибо, Бонни, но я не собираюсь влезать в долги. Ни к кому. Я хочу продать одну коллекцию.

– Какую коллекцию? – сначала не поняла я. Дядя Ричард у меня всегда ассоциировался с конюшней и лошадьми, но не с коллекциями.

– Ту, которую мой предок вывез из России.

Я с удивлением посмотрела на Ричарда. Вывезенное моей прабабкой из России добро – это самое последнее, что я стала бы продавать. По-моему, это самые большие ценности, которые имеются в наших семьях. Это настоящие ценности.

Дядя Ричард тем временем объяснил, что стоит перед выбором – продавать или лошадей, или коллекцию. Он сделал свой выбор. Он также сообщил мне, что сложности возникли из-за травм нескольких самых породистых животных. Ричард не стал углубляться в детали, просто поставил перед фактом: лошади для него дороже всего на свете. Он хотел купить каких-то новых скакунов и как-то усовершенствовать конюшни. Детали повторить не могу, так как плохо в этом разбираюсь.

Дядя Ричард никогда не был женат, детей нет. Периодически у него появляются молодые дамы, обязательно интересующиеся лошадьми.