Обе были одеты ярко и безвкусно и носили дешёвые побрякушки — то были обычные шлюхи, а вовсе не утончённые певички, которых можно было бы ожидать на званом обеде. Но судья Ди знал, что все певички Ташики были сейчас заняты высшими командирами ставки главнокомандующего. Когда Жасмин наполнила винный кубок судьи Ди, наместник Гуан поднял собственный и провозгласил:

— Я приветствую вас, Ди, моего уважаемого коллегу из соседнего округа и почётнейшего гостя. Давайте выпьем за победу доблестной армии нашего императора!

— За победу! — отозвался судья Ди и единым глотком осушил кубок.

С улицы донеслось грохотание обитых железом тележных колёс по мёрзлой земле.

— Должно быть, наши войска наконец-то перешли в контрнаступление, — удовлетворённо проговорил судья.

Гуан прислушался и горестно покачал головой:

— Нет, они едут слишком медленно. Они возвращаются с поля брани.

Судья Ди встал, отдёрнул занавесь и открыл окно, храбро подставив лицо пронизывающему ветру. В призрачном лунном свете он увидел внизу длинную вереницу телег, влекомых истощёнными клячами. Повозки были забиты ранеными солдатами и закрытыми рогожей телами. Судья торопливо закрыл окно.

— Приступим к трапезе! — проговорил Гуан, показывая палочками для еды на серебряные блюда, которыми был уставлен стол. В каждом было лишь понемногу солёных овощей, считанные кусочки солонины да варёные бобы. — Пища кули на серебре — вот до чего мы дожили! — с горечью сказал Гуан. — До войны в моём округе царило изобилие. Теперь же недостаёт и самых простых продуктов. Если в ближайшее время не произойдёт перемен, здесь наступит голод.

Судья Ди хотел было утешить его, но тут же прижал руку к губам. Мучительный кашель сотряс его могучее тело. Коллега обеспокоенно посмотрел на него и спросил:

— Неужели лёгочная эпидемия распространилась и на ваш округ?