– Пошли, Вась, у нас еще дел по горло, – Жора тоже поднялся и направился к двери.

– Машина есть? – обратился к «зеленому» Рогов.

– Есть! – обрадовался Золотарев.

– Где встреча была?

– На тридцатом километре Мурманского шоссе. Они…

– Поехали.

Прежде, чем выйти из кабинета, Золотарев выхватил из шкафа и всучил оперативникам футболки с символикой партии «зеленых»…

Когда Луговой узнал, что какой-то волосатый занзибарский таракан, вернее, тараканиха, разродится в его отсутствие потомством, он пришел в экстаз.

Исполнил перед аквариумом с мерзкими насекомыми что-то вроде джиги или лезгинки, кликнул прислугу, потребовал лучший коньяк.

И, забыв, что авторитет Татаринов совершенно ему не нужен, стал рассказывать ему как лучшему другу:

– У меня эта страсть еще с детства. Уж каких я только животных дома ни держал, бедная мама! Я сам и зарабатывал на них – рыбок на хомяков выменивал, все такое… В зоопарк каждый выходной бегал, даже в ветеринарный хотел поступать. Мама отговорила, молодец. Ветеринаров я теперь могу нанять скока хошь, а на что бы я зверей покупал, а?..

Интонации министра изменились, и даже неправильное «скока хошь» прозвучало сейчас совершенно естественно.

Такой поворот разговора – в сторону фауны – Татаринова устраивал.

– Я думал, вы так, для форса… – кашлянул авторитет. – Сейчас многие покупают. Модно! У нас один вице-губернатор скунса завел…

– Ну, он долго не продержится, – процедил сквозь зубы Луговой, так, что стало ясно: имелся в виду вовсе не скунс, а вице-губернатор. И снова вернулся к волнующей теме: – Но есть и настоящие любители! Жаль только, мало зверят своих вижу. Из Москвы не вырваться, сами понимаете…

Луговой работал в Москве четвертый год, должности его все росли, но «зверят своих» в белокаменную он перевозить не спешил. Мало ли как еще карта ляжет. Вот с переездом Конституционного суда в Питер уже решено. А это ведь только начало…