– А чё такое, а? Мяяялиция, твою тут?! А чё такое, а?..

Пришлось мягко напомнить ответственному квартиросъемщику, что именно он вызвал милицию, признавшись в убийстве любимой супруги.

– Точно, твою тут! – хлопнул себя по лбу Сидоров и сел на полу. – Машку, жааану! Замааачил! Кулаааком!

И заплакал горько и беспомощно, как ребенок.

– Где труп? – нахмурился Рогов.

Злодей вяло махнул рукой:

– В ванной…

Вася шмыгнул носом. Улица Марата и труп в ванной показались ему забавным сочетанием. Дело в том. что была такая буржуйская девка, Шарлота Корде. Она решила убить «кровавое чудовище» Марата, нагло заявилась к нему домой и заколола его кинжалом, когда тот принимал ванну. За что, конечно, французские чекисты (или как там они назывались?) отрубили ей голову. Это Вася запомнил из уроков истории. Все выветрилось, а вот этот факт почему-то застрял в памяти…

Марья Сидорова-Кассирова (по паспорту, как потом выяснилось, просто Кубышкина) лежала в пустой ванной в коричневом зимнем пальто, сложив руки на груди, как приличествует нормальному покойнику. Но при этом была однозначно жива и невредима – только лишь мертвецки пьяна.

Рассвирепевший Жора стал трясти за грудки Сидорова. Тот удивился, что жена жива, рассказал, что сильно ударил ее кулаком и что «она того вообще». С превеликим трудом разбуженная супруга сонно подтвердила, что «Серёня бузотерил, но мягко, в пределах нормы». Сидоров за это время вновь заснул на полу…

В общем, хоть и хотелось всыпать веселой семейке по первое число, решили оставить их досыпать. Это было рациональней, чем будить понятых (а подъезд тот еще, все лампы повыбиты, и пищевые отходы на лестнице) и возиться до утра с протоколами.