— Это я прекрасно знаю, — ответил он.

— Берите их, они лежат в комоде.

— Даже и не подумаю, — спокойно возразил преступник. — Зачем мне эти побрякушки? Я пришел не за ними, а за вами!

— Но…

— Не глупите, — пожал плечами злодей. — Вы всецело в моей власти!

— Неужели ничто не в состоянии изменить вашего адского намерения?

— Ничто на свете!

— Я заплачу вам! Назовите сумму.

— Разговоры не приведут ни к чему, — сухо проговорил ночной посетитель. — Мне нужны вы и только вы! Никакие ваши попытки не изменят моего решения.

— Но завтра день моего совершеннолетия…

— Это мне тоже прекрасно известно! — грубо остановил ее замаскированный негодяй. — Скорее вы убедите вашими речами камень, чем меня! Или вы исполните то, чего я требую или… пеняйте на себя! Теперь я встану спиной к вам, вон у той двери, и обернусь только, когда вы оденетесь. Но, помните: если вы, воспользовавшись тем, что я вас не вижу, крикнете, чтобы обратить внимание обитателей этого дома на происходящее здесь, то я немедленно убью вас! Поняли вы? Убью!

— Конечно, поняла, — проговорила несчастная девушка.

— Будете ли вы мне повиноваться?

— У меня нет выбора!

— Наконец-то я получил разумный ответ, — проговорил мужчина.

— А вы… сдержите слово — не будете оглядываться? — осторожно осведомилась Этель.

— Безусловно! — последовал ответ. — Все будет именно так, как я сказал! Однако, поторопитесь, я и так уж слишком долго торчу в вашей комнате!

Проговорив это, незнакомец отвернулся.

Этель Пайн с быстротой молнии вскочила с постели, отбросив атласное одеяло, и одним прыжком очутилась около дамского письменного стола, стоявшего в углу.

Дрожащими от волнения руками она открыла один из ящиков, в котором обыкновенно лежал маленький револьвер, на который до сего дня Этель смотрела как на игрушку. Теперь он должен был спасти ей честь, свободу и даже жизнь.