Кармер с величайшей осторожностью обошел манговый ствол. Может, слон его и не заметил... Ведь эти гиганты близоруки и нападают только по прямой. Нужно просто держаться подальше от тропы...

Вдруг прямо напротив него снова затрещали ветви, и в сплошной стене гигантских папоротников, стоявшей в десяти метрах от Кармера, образовалась темная брешь. Сначала там появилась исполинская розовато-серая голова с редкой щетиной. Мощный хобот мотался из стороны в сторону, отодвигая лианы и листву. Слон весил не меньше двух тонн. По спиленным бивням Эндрю догадался, что у животного есть хозяин, а еще через мгновение увидел человека, сидящего по-турецки на слоновьей спине. Корнак... Американец мгновенно успокоился, и ему стало стыдно за свой испуг. Чего только не нарисует чересчур развитое воображение... Эндрю оторвался от дерева и, улыбаясь, шагнул на тропу. Но в следующую секунду погонщик издал хриплый крик, нагнулся к голове животного и стал колоть его за ухом заостренной палкой. Кармер в изумлении застыл посреди тропы.

Слон поднял хобот и яростно затрубил. От этого звука у Эндрю застыла в жилах кровь. В трех метрах от себя он видел разинутую пасть с чудовищными желтоватыми зубами. Слон заметил его и тут же рванулся вперед. Кармер едва успел отскочить обратно за дерево. Жесткая щетина на боку слона лишь ободрала ему левую руку. Эндрю потерял равновесие, упал, порезавшись о какой-то острый стебель и заорал, поднимаясь на колени:

— Эй, вы что, спятили?!

Человек, сидевший на слоне, казалось, не слышал его крика. Обозленный гигант уже поворачивал вспять. Первый слон стоял все на том же месте, перегораживая тропу, на которой, чуть поодаль, стоял «лендровер» Кармера. Эндрю снова завопил, надрывая легкие. Корнак не мог его не слышать, однако он даже не повернул головы.