— Говорят, вы тяжелый человек, мистер Хаммер.

— Некоторые люди действительно придерживаются такого мнения.

— Мне известно, что вы несколько раз нарушали закон.

— В таком случае обратите внимание на результат.

— Обратил... Полагаю, мы совершенно свободно можем лишить вас лицензии, если пожелаем. Я достал сигарету и закурил.

— Я уже сказал, что готов сотрудничать с вами. Можете меня не запугивать. Он покосился на папку:

— Мы вас не запугиваем. Полиция Нью-Йорка хочет допросить вас. Может быть, вы поговорите сначала с ними?

Все это уже начинало меня утомлять.

— Как хотите... Им ничего не останется, кроме как беседовать со мной.

— Вы проскочили через полицейский кордон.

— Не правда! Я там остановился.

— Но вы солгали полицейскому!

— Да, но я же не был под присягой. Если бы он был умнее, то поговорил бы и с девушкой. — Я с безразличным видом пустил струйку дыма к потолку.

— А мертвая женщина в вашей машине?

— Неубедительно. Вы прекрасно знаете, что я ее не убивал.

Он как-то лениво улыбнулся:

— Откуда же мы можем это знать?

— Потому что не я ее убил. Я даже не знаю, как она умерла. Но если ее застрелили, то вы уже давно обыскали мою квартиру и обнаружили там мой пистолет. Экспертизу уже провели, и результат оказался отрицательным. Если ее задушили, то след на ее шее не от моих рук. Если ее закололи...

— Ей, проломили голову каким-то тупым орудием, — равнодушно сообщил он.

— Тогда вам надо осмотреть меня, и вы все поймете, — также спокойно отозвался я.

Если я ожидал, что мой собеседник разозлится, то я ошибался. Просто улыбка его стала менее лучезарной. Позади меня кто-то хмыкнул.

— О'кей, мистер Хаммер, вы, кажется, полностью в курсе дела. Иногда нам удается раскалывать и трудных людей без особых хлопот. Мы проверили все, о чем вы только что говорили, пока вы лежали в больнице без сознания. Вам что, сообщили об этом?