– Я поужинаю в ресторане, – заверил ее Вернер. – Если тебе будет скучно, можешь посмотреть мою коллекцию железнодорожных вагонов. Они на чердаке.

Потом Вернер еще минут пять пораспространялся на тему о том, как ему жаль, что их первый интимный ужин откладывается, и повесил трубку.

– Бизнес есть бизнес, – пробормотала Анька, снова падая на диван и думая о том, что, видимо, недооценила размеры дома, если в нем умещается целое железнодорожное депо.

Следующее утро немногим отличалось от первого. Они снова съели на завтрак яйца и тосты. Намазывая хрустящую корочку хлеба своим повидлом, Анна мрачно думала, что, пожалуй, не стоило ехать в такую даль, чтобы весь день заниматься уборкой и готовкой. Такими делами она вполне могла бы насладиться и у себя дома. Допивая кофе, Вернер повторил, что верхние комнаты убирать не нужно, но намекнул, что это вовсе не значит, что и жилые не нуждаются в уборке, причем тщательной.

«Заметил, гад, – отметила про себя Анька. – Ну уж сегодня я все вымою, пусть видит, какая я молодец. Яблоки-то я все переработала, больше делать особенно и нечего».

– Приготовь на ужин что-нибудь вкусненькое, – нежно целуя ее в щечку, прошептал ей в ушко Вернер. – Вечером придет моя дочь с ее другом. Пусть у нас будет что-нибудь сладкое. Я же помню, ты писала, что мастерица печь пироги. Испеки с яблоками, я видел, ты забыла снять несколько штук с верхушек деревьев.

Пирог Анна, ругая себя последними словами за свой длинный язык, испекла с повидлом. Достать яблоки ей не удалось: стремянка была заботливо заперта в сарае на ключ, а камней подходящего размера, чтобы ими попытаться сбить яблоки, как это ни странно, почему-то вокруг не нашлось. В этой стране были либо огромные валуны, игравшие декоративную роль или же служившие указателями, – поднять такой камушек, естественно, было не под силу даже пяти здоровенным мужикам, а не то что хрупкой девушке, – либо совсем мелкая галька, размером не больше миндаля, предназначенная красиво обрамлять дорожки. Опавших сучьев и веток в саду тоже не нашлось. Анька не поленилась и обыскала весь его, но ничего подобного так и не нашла. Это было сродни чуду. Видимо, весь мусор тут обладал способностью испаряться, едва коснувшись земли.