Лучше бы мы этого не делали. Попытка показать нашим гостям изнанку города закончилась полным провалом. Нам удалось заманить наших немцев в один из проходных двориков в районе Лиговки. Но, сделав несколько робких шагов в подворотню, они, истерично рыдая и цепляясь за наши колени, стали умолять нас вернуться, они боялись идти дальше, думая, что их тут ограбят, убьют и изнасилуют. Необязательно в таком порядке, но непременно все с ними произойдет. Посему они хотят домой, в Германию, прочь от засилья мафии.

В казино они идти отказались по той же причине, а после ресторанной кухни, где мы все ели свинину от одного куска, у них начался сильнейший понос. Так что настроение у парней от пережитых тягот сильно испортилось. Паровое отопление еще не было включено, и оба немца целыми днями сидели возле окна, укутанные шерстяными платками Маришиной бабушки, пили чай с сухариками и куксились.

Они собирались погостить у нас месяц, но сбежали уже через десять дней. Единственным достижением было то, что немецкий муж Мариши согласился дать ей развод. И еще у нас осталась оплаченная до конца месяца уютная двухкомнатная квартирка, которую мы и приспособили под салон гадания госпожи провидицы Алевтины. Несколько объявлений в газетах – и народ пошел. Вот и сейчас в дверь ломились.

– Все вещи и обувь оставь здесь, – приказала Мариша. – На них слишком много грязной информации, они мне только прану загрязняют.

На этот раз клиентом оказалась женщина. Я немного расслабилась. Обычно с женским полом Мариша разбиралась сама, не прибегая к моей помощи для доказательства ее гадальческой прозорливости. Оставив сумку и обувь в прихожей, женщина прошла в комнату, а я тихонько выскользнула из шкафа и достала из сумки ее паспорт, с которого переписала домашний адрес и имя нашей клиентки.

– Ах, голубушка, – плаксиво протянула клиентка. – У меня такое несчастье. Мой муж…

– Минутку, – остановила ее Мариша. – Сейчас я раскину.