Дима обещал быть "ровно к девятнадцати", но опоздал и "нижайше просил прощения". Вел себя Дима шумно и весело. К бутылке шампанского на столе добавился коньяк, к тортику - огромная коробка конфет, а к букету "калов" - целая охапка пунцовых роз. С Мишей Дима держался крайне любезно и доброжелательно, игнорируя косые взгляды Чумакова. С Ирой обращался как с королевой. Она, в свою очередь, смотрела на него с обожанием.

Вечер плавно перешел в ночь. Допили коньяк, причем в основном пил Миша, Дима лишь подливал. Пепельница переполнилась окурками, опять же по вине более Чумакова, чем Антонова, и тарелки неряшливо блестели тонкой пленочкой засохшего жира.

- Пойду чай поставлю. - Ира вспорхнула из-за стола, подхватила скользкие тарелки, пустую бутылку. - Не скучайте без меня.

- Не будем! - широко улыбнулся Дима, показав идеально ровные белоснежные зубы. - Правда, Майкл?

Миша промолчал. Стук каблучков по рассохшемуся паркету быстро затих, в недрах квартиры глухо хлопнула кухонная дверь, открытая, искренняя улыбка тотчас стерлась с красивого мужественного лица господина Антонова.

- Майкл, спросить тебя хочу...

- Спрашивай. - Миша поднял глаза, встретился с жестким, почти злобным взглядом Дмитрия Юльевича. Выдержал его взгляд, усмехнулся уголком губ. Спрашивай, не стесняйся.

- Ты чего? Виды на Ирку имеешь? Скажи честно.

- А твое какое дело?

- А я на ней жениться хочу.

- Хотеть не вредно.

- Ошибаешься, Майкл. Иногда очень даже вредно. Можно и по хотелке схлопотать.

- Пугаешь?

- Предупреждаю. Слиняй в туман, Майкл, не путайся под ногами.

- Шел бы ты, Дима, знаешь куда?

- Догадываюсь... Значит, не отступишься?

- Не-а.

- Значит, будем соперничать? - Дима неожиданно помягчел, оттаял лицом. Улыбнулся, как и минуту назад, доброжелательно и открыто. - Ха! Давай, Майкл, рыцарский турнир устроим или лучше дуэль, а? Не возражаешь?