— Значит, менты их прикрывают?

— Только не местные, а камышинские.

— Схема понятна.

— Ни черта тебе не понятно, Дик. Боюсь, что со своим длинным носом ты из этих мест домой не выберешься, так же как и твой приятель. Не лезь в воду, не зная броду.

— Ты меня уже предупредил. — Помолчав, Вадим добавил: — Типун тебе на язык.

— Хочешь выжить, поменьше болтай и не задавай вопросов.

— Хороший совет. Только я не собака, чтобы искать человека в незнакомых местах по запаху. Да и собаке след нужен. А у меня и того нет.

— Гиблый ты мужик. Зря я тебя с собой взял. Наживешь с тобой неприятностей.

— Далеко до перекрестка?

— Километра три.

Вадим глянул на часы.

— Без десяти двенадцать. В полночь мы с тобой расстанемся, и можешь обо мне забыть.

Шофер хмыкнул в ответ. Дальше ехали молча. К гулу мотора пассажир успел привыкнуть, он его не слышал, да и дорога уже не казалась слишком ухабистой. Вадима клонило в сон. В поезде выспаться не удалось, а как вышел на перрон, так начались неприятности. Сначала сумку украли, потом бумажник. Скоро сутки, как он в пути. Устал. Даже о еде не думал. Во рту пересохло.

— Этого нам еще не хватало!

Вадим вздрогнул, услышав зычный бас водителя. Его уже разморило, и он прикрыл глаза.

На дороге стоял милицейский газик. Гаишник засвистел и указал жезлом на обочину.

— Что он здесь делает? — спросил Вадим. — Машин-то нет. И чем мы ему не понравились?

— Так просто они на дорогу не выходят. Кого-то поджидают. Скорее всего, выезжающих, а не въезжающих. Про горящий «Фольксваген» помалкивай. Себе дороже обойдется.

Николай затормозил и прижался к обочине.

— Одет он странно. Бронежилет, автомат, словно мы попали в зону боевых действий.

Шофера обмундирование милиционера не смущало.

— Их не так много, чтобы двоих на каждую развилку ставить. Думаешь одному легко справиться с двумя-тремя мужиками вроде нас? У него еще и парочка гранат на поясе висит.