— Ладно, Ларри, — сдержанно ответил он. — Все знают, что я не отказываюсь от денег, когда могу до них дотянуться. Да, мне приходилось брать такие дохлые дела. Но я берусь за них, потому что могу рисковать. Я не женат, и, если попаду под машину или в колонию Рэйфорда, это мое дело и никого, кроме меня, не касается. А ты должен думать о Хэлен и сыне…

— Может, именно о них я и думаю, — Ларри измученно взглянул на друга. — Я открыл свой офис шесть месяцев назад, и с тех пор знаешь, сколько клиентов побывало у меня? Всего двое. Один с документом на право владения какой-то овощной фермой, а второй — с завещанием. Эллиот Томас — миллионер. И на этом деле я могу заработать сразу тысячу. И именно теперь ты требуешь, чтобы я отказался. Не понимаю.

Шейни полез в нагрудный карман и вытащил бумажник.

— Почему ты не сказал, что у тебя трудности с деньгами? Я же обещал поддерживать вас с Хэлен, пока не появятся богатые клиенты. Все, что от тебя требовалось — это дать мне знать, что ты на мели.

— Я больше не возьму у тебя денег, — ответил Ларри. — И так слишком много тебе должен. Я хочу сам встать на ноги. Если справлюсь с поручением Томаса, он хорошо мне заплатит. Слово такого человека что-нибудь да значит.

Шейни спрятал бумажник.

— Ты совсем запутался, Ларри.

Он умолк, закурил и внезапно спросил:

— Как ты познакомился с Гарри Грэйнджем?

— С Грэйнджем? Мы с ним иногда встречались в разных местах.

Он избегал пронзительного взгляда Майкла. Шейни нахмурил рыжие брови.

— Это неправда, Ларри. Начинающие адвокаты просто так не встречаются с людьми типа Грэйнджа.

— На что ты намекаешь? — вспыхнул Кинкэйд. — Я что, должен докладывать тебе, где провожу время, если не торчу в этой душной конуре в ожидании клиентов, которые даже не подозревают о моем существовании?

Шейни озадаченно молчал.