Подождан несколько минут, он перемахнул через калитку и оказался на аккуратно подстриженном газоне. Небольшой двор окаймляла живая зеленая изгородь из кустарника. Тоот подошел к входной двери и постучал, потом нажал дверную ручку, по дверь тоже была заперта. Постояв немного, он решил обойти дом вокруг. В задней части здания, там, где начинался виноградник, Тоот увидел черную железную дверь. Толкнув дверь плечом, он открыл ее. Изнутри послышались шум опрокинутого стула и ругательство. Тоот устремился вперед. Из-под упавшей табуретки выбрался разъяренный мужчина. Рядом на горящей газовой плите стоила пятнадцатилитровая медная посудина, из которой была отведена трубка в белое эмалированное ведро. В котле кипела какая-то жидкость, издававшая характерный запах самогона. Мужчина с воинственным видом подошел к Тооту.

– Какого черта вам здесь надо? Или вы не видели, что ворота закрыты?! И как вы сюда попали?

Это был человек лет тридцати пяти – тридцати восьми, С усталым лицом и неуверенным взглядом. По-видимому, он принадлежал к тому типу мужчин, у которых вся энергия уходит на стремление казаться моложе своего возраста. Одна прическа, наверное, занимала по утрам, по крайней мере, четверть часа: нужно было ухитриться прикрыть реденькими волосами все более увеличивающиеся пролысины.

– Меня зовут Денеш Тоот. Я – капитан полиции. У мужчины перекосилось лицо.

– Черт бы их побрал! Значит, донесли… А эта проклятая железная дверь закрывается только снаружи. Я знал, что она меня подведет.

Наступило минутное молчание.

– Скажите, – осторожно начал мужчина, – а может, мы с вами договоримся?

– Как прикажете вас понимать?

– Ну, может быть, мы могли бы в чем-то сотрудничать?

– Пожалуй, смогли бы. Но, прежде чем вы предложите мне бутыль палинки,

– Так бы с этого и начинали! – Самогонщик ухмыльнулся. – Конечно, я помогу вам. И вовсе не потому, что я обделался со страха. У меня неплохие связи, и все же было бы скверно, если бы начали капать на меня. Тем более с учетом моего служебного положения…