Но дом был новым, и видно было, что выложен он руками мастера. Тоот обошел здание вокруг и вышел на небольшой дворик. Там над тазом, поставленным на ящик, мылся голый по пояс мужчина. Это был уже пожилой человек с высохшей кожей. Из-за этого татуировка, украшавшая тело мужчины, искажалась: умелец, наносивший ее когда-то, явно имел в своем распоряжении большую площадь. На звук шагов мужчина тотчас же вскинул голову. На небритом морщинистом лице подозрительно поблескивали бесцветные глаза, испещренные кровяными прожилками. Он сделал неуверенный жест правой рукой и ухватился за край старого эмалированного таза. Хотел что-то сказать, но и результате лишь пошамкал своим беззубым ртом и облизнул уголки губ.

– Добрый день, – поздоровался Тоот, доброжелательно улыбаясь.

– Добрый день, – тихо отозвался старик. Тон его был настороженным, как у человека, обращающегося к незнакомой собаке и неуверенного, не укусит ли она.

– Меня зовут Денеш Тоот, я – друг Шандора Варги. Л вы, дядюшка, кто будете?

– Ференц Матолчи. Вот пытаюсь навести здесь хоть какой-то порядок. Я работаю на Шани, только давно сюда не заходил – лежал в больнице.

– А после выписки виделись с ним?

– Да нет, я давненько не видел его, но думаю, он вот-вот появится, чтобы рассчитаться со мной.

– Где вы, дядюшка Фери, столь шикарно украсили свое драгоценное тело? – спросил Тоот.

Старик хвастливо улыбнулся.

– За колючей проволокой, прошу покорно. Лет двадцать тому назад.

– А как вы туда попали?

– Я, видите ли, неудачник. Застал свою жену с мужчиной, ну и малость поколол обоих. Ничего страшного с ними не случилось, правда, мужик стал инвалидом, по он только выиграл на этом: ему стали платить процентную надбавку. Он вовсе мог не работать, а деньги все равно получал. Ну а меня упрятали. А когда вышел, стал пробавляться тем, что подрабатывал то тут, то там.