ТЕД. "Коридорный" вполне подходит.
ЧЕСТЕР. Отлично. Я рад, что это название не изменилось. В слове "коридорный" есть какая-то теплота, дружелюбность. Итак, Тед, как я уже говорил ,когда Норман думает о коридорных, он вспоминает "Квадрофению". Но что касается меня, когда я думаю о коридорных, я вспоминаю фильм "Коридорный", с Джерри Льюисом. Ты видел фильм "Коридорный"?
ТЕД. Нет.
ЧЕСТЕР. Стоит посмотреть, это один из лучших фильмом Джерри. Он за весь фильм не произносит ни слова. Абсолютно немая роль. Кто еще мог бы сыграть это? И такой актер получил признание лишь во Франции. Америке должно быть стыдно. А стоило лишь ему умереть, как все газеты в этой поганой стране стали писать о нем, называя его гением. Это несправедливо. Несправедливо и нечестно. Но кого этим удивишь? Когда это Америка была честной? Мы время от времени бываем справедливыми, но честными -- очень редко.
ТЕД. Куда все это положить?
ЧЕСТЕР. Ты что, спешишь, Тед?
ТЕД (он спешит, но не хочет противоречить кинозвезде). Нет, не особенно.
ЧЕСТЕР. Отлично, тогда перестань делать вид, что ты играешь в "наперегонки со временем". Позволь познакомить тебя со всеми присутствующими.
Он кладет Теду руку на плечо и идет с ним по комнате.
В кадре появляется Анджела, в руке у нее -- стакан.
ЧЕСТЕР. Наша подруга снизу; вас, судя по всему, уже представили друг другу.
Она опускается в большое удобное кресло.
АНДЖЕЛА. О, мы с Тедом знакомы целую вечность. Так ведь, Теодор?
ТЕД. Я Тед, Анджела. Только люди, приставившие мне пистолет к голове, могут называть меня "Теодор".
ЧЕСТЕР. Анджела, как и ты, Тед, - наш новый друг.
АНДЖЕЛА. Мы познакомились у бассейна.