Дональд Мак-Миллан обернулся. Трое пуштунов неторопливо приближались. Рядом не было никого, кроме таксистов. Австралиец яростно тряхнул шофера, бросил ему на колени двадцатидолларовую купюру и заорал:

- Сейчас же вперед!

На этот раз пакистанец нехотя повиновался и тронул с места без полного комплекта пассажиров. В ту же секунду в багажник нырнули двое взрослых, а на бампер вспрыгнул мальчишка. Зачихал мотор, заскрежетала коробка скоростей. Машина поехала. Через заднее стекло Дональд увидел, как после короткой заминки его преследователи вскочили в старый зеленый "додж" такую же развалюху, как и его такси.

По мере приближения к Хайберскому проходу машина громыхала все сильнее. Австралиец надеялся, что если он приедет в Ландикотал с отрывом в несколько сот метров, возможно, ему удастся там спрятаться, а затем, под покровом ночи, добраться до Пешавара.

Узкая асфальтовая лента петляла между высокими блестящими базальтовыми скалами. Огромный ядовито-зеленый "бедфорд", промчавшись вниз, им навстречу, чуть не сбросил их под откос. Пейзаж был великолепен. Почти на каждой вершине размещался маленький квадратный форт, над которым развевался бело-зеленый пакистанский флаг, словно перед атакой войск королевы Виктории. Ни единого деревца, ни кустика. Одни крутые стены скал с острыми краями.

Дональд Мак-Миллан оглянулся. Пока дорога петляла, бояться было нечего. Мимо все время проносились встречные грузовики. Такси преследователей было настолько ветхим, что не могло быстро догнать их. Оно шло метрах в ста позади, дымя радиатором. Два пуштуна сидели в машине, третий, с ружьем, лежал на верхнем багажнике...

Расстояние между машинами не сокращалось.

Дональд Мак-Миллан вытер потную ладонь о дерматиновое сиденье.

Теперь, до следующего, видневшегося вдалеке поворота за скалистым выступом дорога шла почти прямо. И тут австралиец увидел, что такси преследователей метр за метром сокращает разрыв.