— Они убьют друг друга? — спросил он дрожащим тонким голоском.

— Нет, они только дерутся.

— А сойки убивают других птичек?

— Иногда... — я постарался сменить тему:

— Как тебя зовут?

— Ронни Броудхаст. А каких птичек они убивают?

— Птенцов других птиц.

Он поднял плечики и прижал к груди руки, словно маленькие крылья.

— А детей они не убивают?

— Нет, они для этого слишком маленькие.

Кажется, это его немного утешило.

— Наверное, я бы тоже попробовал орешек... Можно?

— Разумеется.

Он встал передо мной, задрав мордочку вверх и жмурясь от утреннего солнца.

— А вы мне бросьте, мистер, я поймаю!

Я бросил ему орешек, который он, конечно же, поймал, потом еще несколько. Шесть он поймал, шесть упали в траву. Сойки шмыгали у его ног, будто осколки разбитого неба.

С улицы в сад вошел молодой человек в полосатой спортивной рубашке.

Он был точной копией малыша, только взволнованный, и нервно курил тонкое коричневое сигарильо.

Из открытых дверей жилища Валлеров вышла молодая женщина с темными волосами, связанными в «конский хвост», словно ожидавшая его появления. Она была достаточно хороша для того, чтобы я вспомнил, что сегодня не брился.

Мужчина, делая вид, что не видит ее, официально обратился к мальчику:

— Добрый день, Рональд.

Мальчик глянул на него, но не ответил. По мере того, как мужчина и женщина с двух сторон приближались к нему, выражение беззаботной радости на его личике гасло. Казалось, маленькое тело сгибается под тяжестью их присутствия. Наконец, он тоненько ответил:

— Добрый день...

Мужчина резко повернулся к женщине.

— Он боится меня! Господи! Что ты ему наговорила?!

— Мы не говорили о тебе. Для общей пользы.

Мужчина нагнул голову и, хотя он стоял неподвижно, было видно, что он готовится к атаке.