- Вы ничего не говорили о своих подозрениях?

- Ни слова.

- Похвально. Дело, безусловно, нужно расследовать. Я поеду вместе с вами в Таксбери-олд-парк.

- Сегодня?

Случилось так, что в то время я заканчивал дело, названное моим другом Уотсоном "Приключением в школе аббатства", - в нем был серьезно замешан герцог Грейминстерский. Кроме того, я получил одно поручение от турецкого султана, что требовало от меня немедленных действий, ибо в противном случае могли возникнуть самые неприятные политические последствия. Вот почему, судя по записям в моем дневнике, я только в начале следующей недели смог поехать в Бедфордшир вместе с мистером Джеймсом М. Доддом. По пути на вокзал Юстон мы прихватили с собой седого джентльмена - сурового и молчаливого; с ним я договорился заранее.

- Это мой старый приятель, - объяснил я Додду. Возможно, его присутствия и не потребуется, но, возможно, оно окажется необходимым. Пока нет смысла вдаваться в детали.

Из рассказов Уотсона читатели, несомненно, знают, что я обычно не трачу слов впустую и не люблю раньше времени делиться своими мыслями. Додда удивляло мое поведение, но он молчал, и мы продолжали поездку. В поезде я задал мистеру Додду еще один вопрос: мне хотелось, чтобы его ответ услышал наш спутник.

- Вы, как мне помнится, сказали, что успели хорошо разглядеть лицо вашего друга в окне, настолько хорошо, что сразу его узнали. Это так?

- Никаких сомнений. Он прижался к стеклу вплотную, и свет лампы падал как раз на его лицо.

- Но, возможно, это был кто-нибудь другой, похожий на вашего

- Нет и нет.

- Однако вы утверждали, что он изменился?

- Изменился только цвет его лица. Оно было - как бы вам сказать? - такого же белого цвета, как, скажем, живот рыбы. Словно выбеленное.