В ноль сорок пять он расплатился и неторопливо направился снова в сторону Салливан-стрит. Закусочная была закрыта и погружена во тьму. Стражи, видимо, разошлись по квартирам или направились в местный клуб сыграть в жиганетто.

Дверь закусочной состояла из деревянной рамы со стеклом. Окна были закрыты металлическими жалюзями, но на дверях не было ничего подобного. Конечно, Пата удивило отсутствие защиты на дверях, но и не слишком озаботило. Он вгляделся через стеклянную дверь закусочной. Там не было никаких признаков жизни или движения. Пат вынул из бумажника плотную пластиковую кредитную карточку и осторожно вставил ее в щель двери, где могла находиться защелка замка, К его удивлению край карточки сразу уперся в защелку и легко ее сдвинул. Это изумило его: ведь в этом районе лавочники знали о взломщиках не меньше, чем дети об игре в прятки.

Хотя замок явно недавно смазывался, его пружины тревожно взвизгнули, когда дверь открывалась. Пат остановился в узком проходе возле прилавка и прислушался, не заскрипит ли пол под ногой, не раздастся ли звук дыхания притаившегося человека. Но ничего не услышал. Освещая путь маленьким фонариком, Пат осторожно прошел в глубь закусочной, где помещение расширялось, образуя маленькую столовую. Слева располагался ряд давно не крашенных кабинок со стаканчиками с бумажными салфетками, солью, перцем и бутылками кетчупа на столах. Прямо перед ним находились два стола для китайского бильярда и сигаретный автомат. Слева на стене были наклеены яркие рекламы туристических агентств, восхваляющие красоты Генуи, Палермо и Рима, справа была нанесена огромная грубая настенная роспись, выполненная в одном цвете, – изображение порта в Неаполе с замком Святого Эльма и Везувием, непонятно почему изображенным на заднем плане. Лунный свет, пробивавшийся сквозь ставни задних окон, мягким сиянием освещал игровые автоматы. Но угол с кабинками оставался в густой тени.