- Эта девочка, Снейр, ростом не вышла, - сказал я. - Между прочим, зачем вам нужна была вся эта секретность?

Он разглядывал свои ботинки и ничего не ответил.

- О'кей, - сказал я. - Бизнес есть бизнес. Принимайте мою игру, и вы избежите неприятной огласки. Как, договорились?

- Хорошо, я буду играть с вами, - ответил он мягко и вложил свою маленькую, мокрую, как рыба, лапку в мою ладонь. Я очень осторожно, чтобы не помять, пожал ее.

Оставив ему свой адрес, я снова вышел на залитую солнцем улицу, затем, пройдя квартал вниз, влез в свой "крайслер" и выехал чуть-чуть вперед, ровно настолько, чтобы из-за угла видеть серый "де Сото" и дверь шарповского дома.

Просидел я так с полчаса. Потом из дома вышел доктор Шарп, уже без рабочего халата, и сел в "де Сото". Он завернул за угол и выехал на аллею, которая шла позади его дома. Огибая квартал, я услышал рычание, лай, хрип. Потом "де Сото" задом выехал из мощеного двора и направился в мою сторону. Я удрал от него за ближайший угол.

"Де Сото" ехал на юг, к бульвару Аргелло, потом свернул на восток. На заднем сиденье была привязана цепью большая овчарка в наморднике. Мне видно было, как натягивалась цепь на ее шее.

Я ехал следом за "де Сото".

2

Каролина-стрит находилась на самой окраине этого маленького приморского городка. Конец ее упирался в старую заброшенную железнодорожную ветку, за которой тянулись бесконечные японские огороды. Последний квартал состоял всего из двух домов, и я спрятался за первым из них, что стоял на углу, окруженный заросшей сорняками лужайкой. Перед домом высокая, пыльная, красно-желтая лантана переплеталась с кустами жимолости.

Дальше шли два или три выжженных участка, из обуглившейся травы кое-где торчали обгоревшие стволы, а за ними - грязно-коричневая развалюха за проволочной изгородью. "Де Сото" остановился перед ней.

Хлопнула дверца, доктор Шарп выволок упирающегося пса в наморднике с заднего сиденья и потащил его в калитку и дальше по дорожке.