— Если я скажу “да”, вряд ли это вас убедит, — улыбнулся мулат. — К тому же я хотел бы удостовериться, что вы годитесь для того, чтобы я на вас работал.

— Ответ наглый, но разумный, — заметила Марина Буданова. — Мы можем встретиться сегодня вечером?

— Да, — сказал Мапота.

Как раз сегодня у него был выходной.

— Вы знаете, где находится клуб “Черная лужа”?

— Вы имеете в виду этот дешевый приют нечесаных хиппи? — удивился Мапота. — Там, где выступает группа “Умка и Красные Кхмеры?”

— Я и сама знаю, что это жуткая дыра, — поморщилась Марина, — Зато там я наверняка не встречу знакомых.

— Ладно, — со вздохом согласился Мапота. — А как я вас узнаю?

— Я сама вас узнаю. Как вы выглядите?

— Я надену канареечно-желтый галстук с алым восклицательным знаком. Как раз в стиле “Черной лужи”. Вы не ошибетесь.

— Кстати, вы так и не представились, — напомнила Марина. — Как вас зовут?

— Вы тоже не представились, — заметил Мапота. — Думаю, будет лучше, если мы познакомимся при встрече.

— Хорошо. В девять вас устроит?

— Устроит.

В трубке раздались короткие гудки.

"Вот зараза! Даже не попрощалась”, — подумал Мапота.

Оля Кузина пребывала в состоянии, близком к трансу. С трудом сосредотачиваясь на том, что она говорит, она объясняла благообразной старушке с кокетливо уложенной вокруг головы седой косой, что невозможно подать в суд на укусившую ее соседку, поскольку факт нанесения телесных повреждений не был официально зарегистрирован, а теперь следы укуса исчезли и останется только ее слово против слова соседки.

Старушка отказывалась понимать и страшно сердилась.

— Но ведь она меня укусила!

— Вы должны были сразу обратиться ко мне, не через месяц, — вздохнула Оля. — Сейчас уже ничего не сделаешь. Вот если она снова вас укусит, немедленно обращайтесь в милицию и к врачу, чтобы он выдал вам справку о том, что вас укусили и о степени тяжести нанесенных повреждений.