«Надводный флот, несмотря на нехватку средств, выделяемых конгрессом, и интереса со стороны гражданской администрации, производил правдоподобное впечатление сбалансированного флота и действовал настолько эффективно, насколько позволяли его тренировки. Самым примечательным были состязания офицеров и кораблей. Но в конце концов, средство стало целью. Таким образом, хотя мы все усердно работали, мы кружили на месте. Флот оказался крепко привязанным к базам, действовал в районе Лонг Бич — Сан Диего из-за скудости выделяемых запасов топлива. Он был связан искусственными, надуманными правилами Отдела Боевой Учебы, чье слово являлось законом. Карандаш стал острее меча, все стремились соблюдать правила учебных стрельб, и никто не желал думать, что война приближается. Офицеры ждали высших командных должностей, а срок пребывания на такой должности был очень короток — часто год и меньше. В результате, высшие командиры приходили и уходили, не оставляя следа. Бумажная работа раскинула ядовитые щупальца по каютам, отравляя экипаж. Инициативу не замечали и не поощряли. Вопиющие дефекты орудий, боеприпасов, торпед и боевой тактики оставались незамеченными, пока существовали правила состязаний. Все приходило в упадок».