- Господи! Ты хочешь сказать, что все, что я делал, я делал напрасно!

Затем, придя в себя, спросил:

- Ты ещё не позвонил?...

- Нет, я ждал твоего возвращения. Я думал, ты, возможно, согласишься проводить меня в участок. Понимаешь, я не могу идти туда один, - признался отец.

Затем строго добавил:

- Но не пытайся меня отговорить. Я уже принял решение, и пойду туда, даже если ты не пойдешь со мной.

- Конечно же, я пойду с тобой, - с горечью бросил Ларри. - Так будет даже лучше, поскольку я наделал много глупостей и нет ни единого шанса, что в мою историю кто-нибудь поверит. Я забыл в лесу ковер, в который заворачивал Дорис. А ведь довольно много народу видели, как я его нес. Меня видели в Пинеде, и я сказал шоферу, что жду звонка. Эти слова портят твое алиби: как я мог знать, что ты мне позвонишь, если между нами не было сговора? К тому же на пудренице и на браслете остались мои отпечатки пальцев... Пошли, бедный мой отец... Ты можешь всю дорогу меня пилить - я это заслужил.

Последние слова он произнес с печальной улыбкой на устах.

Перед полицейским участком они остановились и посмотрели друг на друга. Ларри положил руку на плечо отца:

- Подожди меня здесь, - сказал он грустно. - Я все им объясню сам. Так будет легче.

И он один вошел в участок.

Сержант поднял голову и спросил:

- Что-нибудь случилось?

- Меня зовут Викс, - сказал Ларри. - Я пришел по поводу Дорис Викс, второй жены моего отца...

Сержант сочувственно покачал головой:

- Вы хотите сообщить об её исчезновении?

И прежде, чем Ларри успел ответить, полицейский достал тот самый браслет, который юноша всего час назад бросил в машину около Пинеды.

Лицо Ларри окаменело, но он нашел в себе силы выдавить:

- Это её браслет...

- Да, здесь выгравировано её имя. Только так мы её и опознали... сержант опустил глаза. - С ней дело худо...

- Она мертва! - воскликнул Ларри, ухватившись за край стола, который отделял его от полицейского.