Он увидел мелькающие в кузове пикапа черные фигуры, поднимающие что-то на руки и выбрасывающие это на дорогу. «Уазик» моментально выровнялся и рванул вперед. Через секунду он уже исчез, точно дурной сон, а водитель «Москвича» продолжал смотреть на странное нечто, лежащее прямо посреди шоссе. Это было бесформенным, похожим на куль с сеном. Черным, отчего-то леденящим кровь. Красный глазок светофора сменился зеленым. «Москвич» медленно тронулся с места, прополз сотню метров и остановился вновь. Водитель, не выбираясь из салона, опустил стекло, выглянул и тут же опять ударил по газам. Машина стрелой полетела по проспекту. Водителя можно было понять. Он торопился домой, намереваясь хорошенько подготовиться к встрече Нового года. И ему вовсе не улыбалось провести весь вечер в милиции, давая бесконечные свидетельские показания. А на дороге он увидел труп молодого парня, одетого в толстую зимнюю куртку с меховым воротником и черные, точнее, темно-синие, заляпанные смазкой и залитые кровью штаны. Левой ноги у убитого не было. От колена и ниже осталось только кровоточащее, страшное месиво из раздавленной плоти и расплющенных костей. Мертвый лежал, глядя пустыми, подернутыми странной мутной поволокой глазами вслед удаляющемуся «Москвичу». Одинокая снежинка опустилась на еще теплое лицо, растаяла и повисла на щеке серебряной слезой. Холодная голубая звезда философски созерцала с небес людскую суету, и разбойник месяц весело скалился безгубым ртом сквозь рвущуюся ткань облаков.

Глава 1

– Кавказ подо мною. Один, в вышине… Семенов усмехнулся в маску: старшего лейтенанта Частнова пробило на поэзию.

– Шестьдесят четвертый, отставить разговорчики в эфире!

– Обижаешь, капитан. – «МиГ» Частнова рыкнул форсажем, моментально оказавшись вплотную к Семенову. – Мы ж на УКВ, хрен кто меня услышит, а тебя я уже три дня как не стесняюсь.