Вызывает слабость, тошноту и галлюцинации, поднимает температуру... Если отменить прием таблеток, здоровье быстро восстанавливается... Мне кажется, я знаю, зачем кому-то понадобилось, чтобы отец на время потерял способность нормально воспринимать окружающую обстановку! — уже почти полностью придя в себя, добавила Ирина. — На следующей неделе папа должен лететь на Кипр для подписания какого-то сумасшедшего контракта. Детали я, разумеется, не знаю, но на днях отец случайно обмолвился, что, мол, если выгорит вариант, он может спокойно завязывать с делами и уезжать жить в соломенное бунгало на Гавайи. — Ирина грустно улыбнулась. — Ему хотят помешать, выбить из колеи и перехватить контракт.

— Ясно, — бросил, нахмурившись, Северов. — Значит, если ты не сделаешь, как они требуют, то порнофильм с твоим участием начнет победное шествие не только по Питеру, но и по всем необъятным просторам Отечества... Включая и офис кипрских компаньонов честнейшего российского коммерсанта Михаила Сосновского. С соответствующими комментариями... А греки, как прочий цивильный деловой мир, весьма щепетильны к репутации своих деловых партнеров...

— И еще меня предупредили — в службе безопасности моего отца, среди приближенных Чиркова, у них есть свой человек, и, если я сообщу Палычу, как я зову Чиркова, о шантаже, они сразу об этом узнают, и у них останется только один выход — отца убьют, а меня... растиражируют.

Ворон в который раз покосился на прислонившегося к гранитному ограждению реки чуть поодаль невысокого парня в кожанке и черной вязаной шапочке.

— Вы поможете мне еще раз? Умоляю! — снова уже почти истерическим тоном спросила Ира. — У меня есть деньги. Только назовите свою цену!

— У тебя столько нет, — улыбнулся Северов. — Короче... Я хочу посмотреть на таблетки, прокрутить фильм и узнать все про окружение твоего отца.

Девушка молча протянула ему извлеченные из внутреннего кармана плаща диск и капсулу.

— А теперь напряги память, ибо сейчас мы начнем плотный допрос с пристрастием...