— Эх, будь моя воля, я бы здесь такое устроил, — мечтал Пашка-афганец, наблюдая за очередной колонной наливников, везущих горючее к линии фронта — безмятежных, неряшливо, не по-военному растянувшихся и не охраняемых.
— Что? — равнодушно поинтересовался «Белый медведь».
Уж кто кто, а спецназ мог бравировать тем, что никогда не лез в политику: «Гусары газет не читают». Их дело — добыть, достать, купить, украсть осколок снаряда или пробитую мишень на полигоне, а если сильно повезет — какой-нибудь прибор, образец металла, щепотку нагара. Одним словом, технику и технологию. Обыкновенная военная разведка, существующая в каждой уважающей себя стране. Естественно, что для этого надо лезть в те точки на тех континентах, где американцы, англичане, немцы — да мало ли государств в НАТО, числящихся вероятными противниками, испытывают свое оружие. Будем знать, из чего и чем стреляют — найдем, чем защищаться. На каждый яд ведь есть свое противоядие, и единственная загвоздка — добыть сам яд.
А для этого как раз и существует спецназ. Добытчики. И сидят парни в Москве на Полежаевке — только офицеры, капитаны в положении рядовых. Сидят, уже разбитые по группам и направлениям. Ждут своего часа. Момента, когда и где высунется жало с ядом. И когда в августе 1990 года Соединенные Штаты погрозили Саддаму Хусейну за его вторжение в Кувейт, «ближневосточное» направление напряглось. «Золотые подворотнички»
Это был неожиданный ход и удар по вымотанному войной Ираку: именно за счет продажи нефти он рассчитывал поправить свои экономические дела. И Саддам пригрозил Кувейту, который до 1961 года вообще был иракской территорией и который никогда не признавался Багдадом как суверенное государство: ребята, мы знаем, что вы выполняете волю и установку США, но лучше давайте жить дружно. Тем более, что существует между государствами Залива договоренность, сколько производить и за какую цену продавать нефть.