Фирма, владельцем которой являлся Леонид Владимирович, лопнула как мыльный пузырь в результате чрезмерной жадности, финансовой нечистоплотности и недальновидности своего хозяина. Бирюков беспардонно обманывал партнеров, не возвращал долги, а банковские кредиты превратил в доллары и положил на счет в швейцарском банке. Нахапав денег и нагадив где только можно, Леонид Владимирович собрался потихоньку улизнуть за границу, да не тут-то было. Возникли непредвиденные осложнения с оформлением выездных документов. Сделанный через знакомого пройдоху загранпаспорт оказался на поверку чистейшей воды липой. Вот тут-то и наступили для Бирюкова веселые времена. Разгневанные кредиторы, узнав о хитрых происках Леонида Владимировича, обратились за помощью в криминальные структуры. Получив щедрый аванс, бандиты незамедлительно начали охоту за коммерсантом-выжигой. С огромным трудом выскользнув из их цепких лап, Бирюков надумал отсидеться в укромном местечке. Он купил по дешевке старый, заброшенный дом в ста с лишним километрах от Москвы и решил нанять двух телохранителей: крепких, хорошо владеющих оружием, нуждающихся в деньгах и не имеющих никакого отношения к преступному миру или к милиции.

Владислав Кузнецов и Михаил Акимов как нельзя лучше подходили под эти параметры. В недавнем прошлом офицеры спецназа, они уволились со службы и основали частное детективное агентство «Холмс», наивно веря, что сумеют таким образом разбогатеть. Однако у компаньонов не было ни денег на рекламу, ни современного шпионского оборудования, ни серьезных связей в коммерческих структурах. Дела шли плохо, заказов поступало мало – еле-еле хватало на пропитание. Поэтому, получив предложение от Бирюкова, Слава с Мишей не колебались ни секунды.

Усилившийся дождь злобно барабанил по крыше микроавтобуса. За окном заметно стемнело. В промозглом полумраке фары встречных машин казались расплывчатыми пятнами. Свернув с шоссе, «Шевроле» покатил по проселочной дороге. С обеих сторон ее обступили плотным строем угрюмые, темные деревья с облетевшей листвой. Леонид Владимирович зябко поежился. Дождь, темнота, голый мокрый лес – все это ухудшало и без того скверное настроение. Бирюкова не мучили угрызения совести, но собственная глупость приводила в отчаяние.