Рядом стоял открытый гроб, в котором лежала молодая девчонка лет примерно семнадцати в белом спортивном костюме. Внезапно девушка открыла глаза. Они горели красным огнем, как у вампира из фильма ужасов. «Попался!» – злобно прошипела девица и начала медленно вставать из гроба. Волосы у меня на голове поднялись дыбом, я хотел бежать, но ноги словно вросли в землю. Потом я понял, что лежу на полу, а девица наклонилась сверху и, оскалив зубы, тянется к моему горлу. Я ухватил ее обеими руками за шею, попытался оттолкнуть и... проснулся!

– Это был только сон, – успокаивающе сказал Акимов, – однако странно! До сих пор ты отличался железными нервами!

– В том-то все и дело! Не мог я вот так просто ни с того ни с сего сломаться!

Некоторое время оба молчали.

– Ты зачем меня будил? – нарушил тишину Владислав.

– Хотел сигаретами разжиться. Свои кончились.

– Держи! – Кузнецов протянул товарищу пачку «Явы», подошел к камину и поворошил кочергой тлеющие угли.

– Очень странно! – тихо сказал он. – Сперва фигура в темном балахоне, исчезнувшая непонятно куда, потом этот сон... Вероятно, я начинаю сходить с ума!

– Какая фигура? – насторожился Акимов. Владислав вкратце рассказал об увиденном на улице.

– Интересно! – задумчиво протянул Миша. – Весьма интересно!

– Желаешь поставить диагноз, профессор?! – сердито бросил Владислав.

– Да нет! Просто мне с самого начала показалось, что это место насквозь пропитано злом! Помнишь? Я сразу тебе сказал. И все время, с тех пор как мы здесь, я чувствую себя неуютно!

– Перестань! – отмахнулся Кузнецов, полностью обретший утраченное душевное равновесие. – Не болтай чепухи! Пусть я малость сдвинулся, но не настолько, чтоб поверить в мистику! Не пичкай меня бабушкиными... – Кузнецов хотел сказать «сказками» и высмеять суеверного приятеля, но не успел. Из смежной комнаты донесся дикий вопль. Охранники молниеносно выхватили оружие. Дверь распахнулась, и на пороге показался Бирюков – бледный, всклокоченный, одетый в спальную пижаму.