Он лежал навзничь, а она осторожно уселась сначала ему на живот, потом приподнялась над ним, рукой ввела в себя остолбеневшую плоть и заявила:

- Если тебе интересно, сообщаю - это моя любимая поза. Поза "наездницы"...

И тут она начала буквально "объезжать" его, гарцевать на нем. Видимо, эта поза устраивала ее больше всех остальных - Вероника вскрикивала, стонала, потом замерла, очевидно испытав оргазм. И с громким стоном повалилась на грудь Савелия, не слезая с него. Потом, не говоря ни слова, вынула его неугомонного приятеля из влагалища, осторожно ввела его в свою попочку и стала опускаться на него, впуская все глубже и глубже...

"Вот это да", - успел подумать Савелий и тут же с криком выплеснулся своим любовным нектаром...

Так они и не сомкнули глаз до самого рассвета, и утомленные, и освеженные любовной битвой.

Уснули только под утро. Савелий, чувствуя счастливую легкость во всем теле, подумал, засыпая:

"Да... Если я - мастер боевых искусств, то Ника - богиня искусства любви... Ни разу, кажется, до этого я не испытывал ничего подобного. Какая славная... Подумать только - у нас впереди целый месяц. Самый приятный эпизод в моей жизни! Но эпизод ли? Нет, скорее это нечто большее..."

Утром Вероника проснулась одна - Савелия рядом не было. Какое-то время она лежала неподвижно, вспоминая восхитительные подробности прошедшей сказочной ночи, потом тихо рассмеялась и открыла глаза. В дверном замке щелкнул ключ, и на пороге возник ее дорогой Савушка с большой меховой черепахой в руках.

- Доброе утро, - как-то немного застенчиво, словно стесняясь чего-то, проговорил он, - это тебе.

- Какой же ты милый, Савушка! Ну просто прелесть! - Девушка резво соскочила с кровати и обняла любимого. - И черепаха тоже прелесть! И вообще все прекрасно и замечательно! Ой! А что это во рту у черепахи? Это ты положил? Вероника вынула из меховой пасти с тряпичными ярко-желтыми зубами маленькую коробочку и тут же ее раскрыла.