Срочную службу Андрей служил в спецназе ВДВ.

Что такое современная служба продолжительностью в год – это я понимал хорошо. И не просто понимал, я, как командир батальона спецназа ГРУ, хорошо знал, что настоящего солдата воспитать за год невозможно. Можно только навыки дать, да и то не в полном объеме. Но наше правительство пошло на поводу у политиков, которым на безопасность России, по большому счету, наплевать. И ввели такой срок. Обосновали это переходом армии на профессиональную основу. То есть на постепенную замену срочников контрактниками. Но эту замену грамотно провести не сумели, и в результате никогда наша армия не была такой слабой, как в период этой замены, которая никогда уже, кажется, не закончится.

С каким багажом военных знаний и навыков Андрей вернулся, можно было не спрашивать. Он считал, что вернулся воином... Я же знал, что воина из него можно сделать только года через три-четыре нормальной службы. А он вернулся со службы в элитных войсках без военных навыков и опыта, зато с гонором.

У меня, естественно, никаких планов относительно племянника не было. Ну, встретились пару раз после возвращения, не больше. Потом Татьяна жаловаться стала. На работу не устраивается, приходит поздно, с запахом спиртного, часто руки разбиты. А потом позвонила и заплакала:

– Леша, приезжай...

– Что случилось?

– Беда у нас.

– Говори яснее. Что случилось?

– За Андреем сегодня милиция приходила. Подрался с кем-то там... Посадят теперь. Что делать? Приезжай...

– Сам он где?

– Не ночевал дома...

У меня был разгар служебного дня. Я не мог бросить службу и ехать, чтобы выслушивать сестру, тем более что она сама ничего толком не знает.