– Мы контрактниками берем обычно тех, кто у нас служил, – нашел я слабый аргумент для возражения. – У нас служба особая. Постоянно действующие войска, как система ПВО или ракеты стратегического назначения... Кто со стороны приходит, обычно не справляются...

– Дядь Леш, я же в спецназе ВДВ служил, – настаивал племянник. – Я справлюсь.

– Что ж, в тюрьму ему идти? – сказала Татьяна с укором, уловив мое внутреннее сопротивление и подобрав, как обычно, нужные слова для обострения вопроса.

Я налил себе еще чашку чая.

– Что у вас за чайник такой? Вода постоянно горячая...

– С термосом... Так что, дядь Леш?

– К себе в батальон не возьму, это точно. Но завтра утром зайду к заместителю командира бригады, он у нас вопросом личного состава занимается, поговорю. Если есть возможность, позвоню сразу, и беги в военкомат. Оформление все равно через них.

Андрей слегка скис.

– Опять в военкомат. Они со мной уже проводили беседу...

– Я позвоню военкому, – пообещал я. – Жди, короче, звонка. Если возможность будет, помогу. Только ты уж меня не подведи потом. Не будет возможности, тоже позвоню. Обещать пока ничего не могу. Нет у меня таких полномочий, поскольку личным составом я занимаюсь только в своем батальоне...

– А милиция приедет? – спросила Татьяна.

– Скажи, не появлялся.

– А они зайти захотят...

Я понял, к чему она клонила.

– Собирайся. Юркина комната у меня свободная...

Юрий, мой сын, двоюродный брат Андрея, учился в военном училище, он должен был стать офицером в третьем поколении. Комнату его никто, естественно, не занимал...

Утром я позвонил домой. Трубку взял Андрей.

– К сожалению, заместитель командира согласен только с одним вариантом. Чтобы я тебя взял в свой батальон, и сам за тебя, хулигана, отвечал. И даже обещал по своим связям на ментов выйти и договориться. Беги в военкомат, оформляй бумаги...