– Понимаю!

– Тогда вали отсюда, и мой тебе совет, обходи этот двор, и особенно еврея, за километр. Если, конечно, жить хочешь! Пшел вон!

Баня развернулся, продолжая держать промокший насквозь кровью носовой платок, слегка хромая, двинулся вслед подельникам.

Горчак, слышавший разговор Николая с бандитом, спросил:

– А про какую «крышу» вы ему говорили? У меня нет ничего подобного. Знакомые среди авторитетов преступного мира есть, но это связано с моей работой, и не более.

– Эти-то знакомства, Моисей Иосифович, и называются «крышей»!

Пожилой еврей задумался. Проговорил:

– Я хотел сегодня машину здесь на ночь оставить, а если эти вернутся и сожгут, чтобы отомстить?

– Эти сюда больше не вернутся, но могут появиться другие! Так что «Опель» все же лучше отогнать на платную стоянку, чтобы спать спокойно.

– Да, вы правы, я так и сделаю! Скажите, Николай, чем и как я могу отблагодарить вас за заступничество?

– Перестаньте, Моисей Иосифович. Мы же люди, а не звери, и должны помогать друг другу!

– Спасибо вам, Николай!

– Не за что! В другой раз постарайтесь успеть по сотовому телефону милицию вызвать!

– Да, да, конечно, я об этом как-то забыл! Все произошло так внезапно!

Николай поднялся к себе в квартиру, на третий этаж.

И тут же грянул гром. Неожиданным, мощным разрывом артиллерийского заряда. По стеклам забарабанили первые крупные капли начинающегося дождя.

Скоро он усилился, и над городом вовсю заполыхала гроза.

Вовремя он вернулся.

Рыбанов достал бутылку водки, купленную бомжом с кладбища, открыл ее. Выпил сто пятьдесят граммов, перекусил консервами.

Вышел на лоджию. Смотреть, как вокруг беснуется природа.