Я пробралась по гнилым ступенькам и постучала в дверь. Мне открыла женщина в банном халате с увядшими следами былой красоты. Приближалось к середине дня, но миссис Новики выглядела так, будто только что выбралась из постели. Это была шестидесятидвухлетняя женщина, несущая на себе губительные последствия попоек и жизненных разочарований. На рыхлом лице виднелись следы не смытой на ночь косметики. Голос охрип от потребления двух пачек курева в день, а дыхание отдавало чистым спиртом.

— Миссис Новики?

— Угу, — подтвердила она.

— Я ищу Максин.

— Ты подружка Максин?

Я подала ей карточку.

— Я из агентства Плама. Максин пропустила дату суда. Я пытаюсь найти ее, чтобы утрясти новое расписание.

Миссис Новики подняла нарисованную карандашом коричневую бровь.

— Я не вчера родилась, милая. Ты охотница за головами, и рыскаешь, чтобы сцапать мою крошку.

— Так вы знаете, где она?

— И знала бы — не сказала. Она найдется, когда захочет.

— Вы заложили дом, чтобы уплатить залог. Если Максин не появится, вы можете потерять свой дом.

— О да, это будет трагедия, — произнесла она, порывшись в кармане синельного халата и вытащив пачку сигарет с ментолом. — Жилищное законодательство разводит нищих, чтобы было с кого делать снимки порно, но у меня для этого нет времени.

Она сунула в рот сигарету и закурила. Потом глубоко затянулась и покосилась на меня сквозь дым.

— У меня недоимок лет за пять накопилось. Если хочешь этот дом, так таких желающих пруд пруди, встань в очередь.

Иногда беглецы просто сидят дома, усердно притворяясь, что жизнь их проходит не в туалете, и, надеясь, авось все само рассосется, если игнорировать приказ явиться в суд. Первоначально я думала, что Максин к такому народу принадлежит. У нее не было преступного прошлого, да и сейчас сам проступок несерьезен. Настоящих причин удирать у нее не было.