— Садитесь. Ваш попутчик по купе… — начал Денисов.

— Артур. Я знаю… Какой вандализм! — Дрога придвинул стул. — Неужели не найдете?

— Работаем… Вы вместе с ним вышли из поезда?

— Да.

— Вместе шли к вокзалу?

— Мы быстро расстались.

— Он от вас отошел? Или вы?

— Я… — Хозяйственник бросил взгляд на чемодан, обвел глазами попутчиков — оба молчали. — Дело в том, что Артура встречали…

Новость произвела впечатление разорвавшейся бомбы.

— Встречали? — переспросил Денисов.

— Он извинился, пошел вперед.

— Вы видели встречавших?

— Не видел.

— Почему вы думаете, что его встретили?

— Он сказал: «За мной пришли, извините!» — Дрога как-то неловко достал пачку папирос, раздумал, снова сунул в карман.

— Прощаясь, больше ничего не сказал?

— По-моему: «Надвигается шторм…» Что-то в этом роде.

— Вы говорили о море?

— Ни полслова. Вообще этой темы не касались.

— «Надвигается шторм»?

— Я сам удивился.

Подождав, Денисов начал заход, на этот раз менее стремительный.

— Вы сошлись с Артуром ближе других. Что он рассказал о себе?

— Почти ничего. — Дрога подумал. — Занимается насекомыми. С-детства. Шахматист… Что еще? Рассеян чудовищно: хотел бриться — электробритву водил обратной стороной, пока я не подсказал.

«Непонятно», — подумал Денисов.

— Он брился после посадки? Или под Москвой.

— Под Москвой.

— Пожалуйста, вспомните все.

— Был за границей… Да! Тетка у него умерла, осталось наследство…

— Любопытно.

— Несколько тысяч.

— Вы видели деньги?

Дрога пожал плечами:

— Не только я! Тогда стали платить за белье — у него одни сторублевки. Абсолютно непрактичен. — Транзитный вздохнул. — У меня тоже была сторублевая купюра — навязали в сберкассе, но я ее сразу разменял.